Я могла бы играть роль паяца на вечере.
Только как-то шутя, не всерьез, невзначай.
Но все чаще течет по щекам до предплечия
горько-черный, соленый, счифиренный чай.
Я могла бы летать хоть с коровками божьими,
и в лиловом апреле садится на лед.
Только, кажется, вдруг, вместе с хлебными крошками,
отправляюсь, смеясь, в свой последний полет.
15.04.2001
