На белую кошму каганом водрузить,
душить платками шелковыми не на смерть,
но без слабости,
давить плодами сочными
чтобы десятки лет
молиться на вино
как мне воспеть тебя, коль выжато давно
моё терпение словами выражать
себя, тебя и нас.
но ты, верховный ангел,
чьи крылья подстригают регулярно
работники озелененья парков, за неименьем листьев
как достойна ты
и слабости моей и нетерпенья! как?
...а люди, зацепившись за канаты,
притворно дремлют по своим маршрутам
и без конечных остановок бродят,
наивно полагая новизну,
но шпалами и сталью вдаль давно
проложены невидимые рельсы.
так и мое послание как будто никому
тебя найдет и явь твою встревожит
и рыбы снов опять засеребрятся
приятно осветив свою тюрьму.
да почтальоны, бандерольку взвесив,
причмокнут недовольно, засопят
"не долетит Арно, непредсказуем ветер"
игрушечные вихри размешают,
чужим наполнят смыслом все слова
и расписавшись
- "вскрыт конверт" -
ты мне ответишь,
помолчав сперва,
коричневой волною тишины.
...а кто-то снова красит
мои сугробы мягким фиолетом
и рассыпаются дома на спички
и полыхают заревом холодным
и томно раскрываются
ресницы звезд
щепчу им "с добрым утром,
вы - одноглазые калеки, нет вам пары"
как быстро стынут пальцы
иллюзия согреть их паром
умиляет. послезавтра
убийцы елок вновь сезон откроют,
значит, скоро
в лиловых винегретных пятнах с перегаром
придёт к нам одряхлевший новый год.
