Любили словами, кидались медяками,
Землю пригоршнями, да звезды горстями.
Кабы те слова да Богу в уши,
Да время вспять, да назад колесо.
В пляс пускались голые души
Наголо головы, бритый висок.
Верстали версты, кресты да погосты,
Жопу в Европу да в грязь лицом.
Вороных загнали, ноги стоптали,
Да только забыли куда идем.
Заметай седой бородой следы
От тюрьмы, да сумы, да худой беды.
Руби хату с краю среди полей,
Храни царя… да спаси от царей.
На святой Руси как не крути
Святых живыми в землю, а там
Золотой купол на белый храм,
С миру по нитки да боль в груди.
Наливай да краев, ноги сами в пляс,
Когда нам плакать да горевать.
Пришивай гвоздями заплаты на глаз,
Чтоб не видеть, не думать, чтобы не знать.
И что ни Спас, то на крови,
И что ни город, то на костях.
В почете привычка любить за страх;
Такая вера – смирись и терпи.
Еще по одной, ну давай же пой,
Кто нас смеет жалеть, у нас пир горой:
Медовые блины, яблочные пироги,
Березовый сок да чужие грехи.
Догорает лучина, по углам паутина,
За окном метель, на стене тени,
Хозяйка стелит постель и тихо
Шепчет: «На все божья воля да наше смиренье».
