В такие ночи незаметен росчерк
пера разлук над линиями судеб,
а вера в то, что завтра не наступит,
намного больше, чем потребность легких
в дыхании, и мир устроен проще
часов песочных – сверху то, что будет,
а ниже – пустота. И время, студнем
застыв посередине, удивленно
молчит и смотрит сквозь стекло на тех, кто
без всяких «но» осмелился остаться
вне городов и чисел, вне презумпций
виновности, на тех, кто так беспечно
смог миновать минуты и проспекты
тоски, кто позабыл о тихих танцах
усталых циферблатов, на безумцев,
из чьих ладоней вырастают свечи.
