Beauty is white,
Sorrow is black.
I cannot say
Why the river was grey.
LANDBERK
ШМУЦТИТУЛ
С Атлантиды сбежал на днях:
Не наскучило, не устал,
И не гнали домой - я сам;
На вершинах жить высоко,
На высотах - цель бытия,
Но уютные города,
Но домашний морской залив,
Но привычная с детства жизнь
Тем дороже и тем нужней -
Потому что с людьми тепло.
Колдовские забудь леса,
Первозданный проспи восход:
Там, где властвуют чудеса,
Одиночество настает.
Там, где мертвый Осирис лежит,
Где подземный уснул Орион, -
Колыбель всего, что ушло,
И того, что еще придет;
Но для жизни (Боже, простишь?)
Не годятся святые места.
Я иду к средоточью зла,
Я спешу в колыбель суеты -
Потому что с людьми тепло.
2-Е (ЛИРИЧЕСКОЕ)
Никогда не говорить:
"Ты мне дороже всех".
Те кощунственны слова,
Что навлекли беду.
Доиграть или дожить?
Самый твой светлый грех.
Только выполнить сперва,
Что обещал в бреду.
Слишком тихо на Земле.
Замерли: что с тобой?
Листья звонкие горят -
Жизнь наперегонки.
Тонкий цветик на стебле,
Сердца негромкий сбой,
Нескончаемый обряд,
Холод твоей руки.
За тобой еще придут,
Горькая лебеда
Увенчает скорбный труд -
Свыкнешься, не беда.
Если б вечно впереди
Был тот святой июнь!
Не поможет. Уходи.
Было - забудь и плюнь.
Неухоженный, пустой,
Осенью парк дремал,
Вдоль тропы бежал ручей,
Звонкий, как детский смех.
Таял вечер золотой,
Холодом мир дышал.
Кто без пары, тот ничей.
Ты мне дороже всех.
3-Е (ФИЛОСОФСКОЕ)
Может, хватит небесных коврижек?
Может, довольно полета фантазий?
Добрый Бог тебе не простит:
Ты больше не веришь, что сказки - выдумка
И что мираж в пустыне - видимость,
И не согласен играть в прекрасное,
Понимая, что жизнь есть жизнь.
Маленький, жалкий лилипутик,
Теперь ты видишь - тебя надули:
С рожденья дразнили иной реальностью,
Ты же, играя, как будто поверил,
Ни на секунду не позабывши:
Это - выдумки. Жизнь есть жизнь.
Смотрит с полотен мир нарисованный,
Дивно звучит - на арфе сыгранный,
Снятый в кино, в книгах описанный...
Правда о Боге - мир придуманный.
Веришь в выдуманный мир,
Веришь в вычитанный мир,
Стоя на земле ногами,
Над тобою облака -
Высоко и не достать.
Не надейся. Жизнь прекрасна.
Лопнуло звонко терпенье пигмея:
Как же я мог быть таким слепым!
Теперь не обманет жизнь-подделка:
Мир нарисованный, сыгранный, читанный -
Боже! - хочу увидеть живьем,
Ведь я угадал - в легендах все правда,
А в сказках нет переносного смысла,
А в музыке нет обольщения звуком,
Картины безумцев - точный портрет
Вечного мира, каков он есть,
А то, что я знал как реальную жизнь,
Всего лишь карикатура на сказку?..
4-Е (НАЗИДАТЕЛЬНОЕ)
Лицом по колючей проволоке.
Кожа настолько обветрена -
Детский крем не поможет.
Есть лекарство единственное,
Мной наудачу найдено -
Книги о нем не скажут.
За изгородью зазубренной,
За проволокой ощетиненной
Тот же свет, что на воле.
Только не сбиться с линии -
Скользнуть, земли не почувствовав,
Но увеличив скорость.
И станет кожа обветренная,
На вольных ветрах заскорузлая,
Как под руками хирурга -
Вязкой и проницаемой,
От зубьев стальных не рвущейся:
Тогда и не будет больно.
5-Е (КОСМИЧЕСКОЕ)
Промазали немного - недоспали,
Подумать только, жалких пять столетий!
Еще не срок. Коль некому встречать,
Не вырвешься из этакой дыры,
В родное Мирозданье не вернешься.
А, видит Бог, так хочется домой -
Хоть и не ждут искателей родные:
Ведь, сколько мы проспали, не прожить
И в нашем вечном мире никому.
Места уединенные в горах
Почти не изменяются с веками,
И мы уходим снова в вечный сон
По той же самой вьющейся тропинке,
О корни неустанно спотыкаясь,
И веселится в горных ручейках -
Незримая, угаданная только, -
Резвится золотистая форель.
А здешнему народу повезло:
Какое же тут ласковое Солнце!
И у него - взаправду, а не к слову -
Аж золотыми видятся лучи
(Мы знали из легенд, что так бывает,
Но до сих пор не видели ни разу).
Мы шли, и в речке прыгала форель -
Как будет она прыгать и резвиться
При следующей встрече: ведь в горах
Над гибкой и уступчивой природой
Не властно неуступчивое время.
Назначенные сроки подойдут -
Не знаю, но нетрудно угадать:
Изменится опять обличье мира,
И ровно ничего не уцелеет
От тех, кто ныне жив (что нам до них?),
От прежних лиц и нынешних забот,
От временно незыблемых домов
И временно незыблемого счастья,
Уйдет в забвенье рукотворный мир -
Что он Творцу?.. И только не изменят
Века того, что изменить не в силах:
Веселой речки высоко в горах,
Где, солнце отражая чешуей
И в ледяных волнах переливаясь,
Резвится золотистая форель.
АФОРИЗМ
Мудрец -
это человек,
который учит других
всему, чего не знает сам,
упиваясь парадоксальностью ситуации.
7-Е (ТОЖЕ КОСМИЧЕСКОЕ)
Как бредили, взахлеб изнемогая
От света недоступного созвездий,
Как бредили Вселенной, как мечтали
О странной, неуютной пустоте
Томительных межзвездных перелетов,
И как благословенно врали книги,
Гадая о межзвездных кораблях!
Домашний ветер дремлющей Земли,
Дожди и грозы в середине лета -
Каким все это виделось далеким,
Как будто впрямь успели распрощаться
Со всем земным, меняя мирозданье,
А вместе с ним меняя и судьбу
На новую. Как спорили о звездах,
А с ними заодно - о звездолетах,
Казались достоверными вполне
Глухие дебри собственных фантазий -
И для чего? Чтоб только убедиться,
Усвоить лишний раз и навсегда,
Что за околицей Плутона -
Там, дальше - просто нету ничего.
Земля привязывает, и ее
По собственной по воле не покинешь.
Ни завтра, ни потом не станет Космос
Родным (в привычном смысле) домом,
И только опоздавшие домой
(Во все века находятся такие)
Обречены светло и больно грезить
О странствиях средь пустоты галактик,
О чуждых небесах и звездных братьях.
Все Мирозданье домом ощущать -
Удел немногих сумасшедших,
И рейды за околицу Плутона
Останутся навязчивой идеей
Людей, опаздывающих домой.
8-Е (АНТИЧНОЕ)
Праздник жизни. Никогда не устаем,
Ведь нарочно заявились мы вдвоем.
Ты спала? Прости, не к сроку разбудил.
Просто некуда девать избыток сил.
Очень разные, но в главном заодно,
Золотое кружит головы вино.
Понеслись, разгоряченные, в леса,
Звонче льдинок молодые голоса.
Только надо прежде с праздника сбежать,
Чем он примется чадить и угасать.
Мы к пирам привычны с самых юных лет,
Только за полночь веселье уж во вред.
За счастливым днем безоблачных услад
Золотой пускай последует закат.
9-Е (СОВРЕМЕННОЕ)
...и впрямь сбежал. Удрал, не дожидаясь,
Пока начнет бесценный праздник жизни
Кружиться вхолостую, чтоб потом
В грязи и копоти совсем угаснуть.
К тебе претензий нет: бежал - старался,
Аж пыль столбом, и пятки так сверкали,
Что зарябило яростно в глазах
У тех, кто вышел проводить. Подруга
Спешила, за тобой не поспевая,
Куда там! - и отстала, не догнав.
А ты в горячке даже не заметил,
Что предзакатный ласковый пейзаж
Вдруг принялся стремительно меняться:
Беседки в рощах, роз благоуханье,
Томительные майские сады
И Солнца заходящего лучи
Пропали, обесцветились, поникли,
А самое обидное - что тьма
Упорно не желала наступать...
Ну что, не понял? Да, не повезло:
Ты слишком рано выбрался из сада
И слишком торопился. А тому,
Кто гонит юношескую весну
Стыдливо прочь,
боясь в подростках засидеться
И в срок отмеренный не повзрослеть,
Другая уготована награда.
Возьми ее. Ты, право, заслужил.
НАГРАДА
А в общем, очень похоже
на то, что вот-вот пойдет снег.
ГОЛОВИН
Это человек вечной осени,
Пасынок тоски, жертва холода;
Бывшее дитя рано выросло,
Так что повзрослеть шанса не было.
День давно догорел, но и ночь не спешит.
Лето давно отзвенело, ручьи умолкли.
Благословенная осень золотом отполыхала.
Листья сожгли в сентябре. Мир со всеми.
Вянет мокрый, ненастный мир.
Видишь - такой день.
У тех еще продолжается пир.
Молодость - что с них взять.
Уже на дворе вечный ноябрь.
Нет никого в саду.
На улице холодно. Ничего,
Еще холодней внутри.
Нет, не в доме. В доме тепло
И мерзко. Вид из окна...
Впрочем, неважно. По небу несло
Тяжелые тучи на юг, -
Вот и пришел твой вечный ноябрь.
Холод твоей души
Гонит по небу облака,
Серые, как свинец.
Ненастным днем итоги подводил,
И было очень страшно умирать.
Родился даром и бездарно жил.
Пришел ноябрь, и остается ждать.
Дней дырявое решето,
Слишком короткий век...
А в общем - очень похоже на то,
Что скоро пойдет снег.
MANET OMNES UNA NOX
...но вещи долговечнее людей.
На случай вечной осени грядущей -
Неумолимо, глупо неизбежной,
Пусть даже цели в жизни больше нет,
Сентиментально будешь собирать,
По-плюшкински заботливо копить
Родные, дорогие сердцу вещи,
Преследуя единственную цель,
Нелепую до святости: чтоб было
Над чем скупые слезы проливать.
Предельная для жизни нищета -
Когда и в заключительную осень
Дождливым утром не над чем поплакать,
Когда не радуют воспоминанья
И, значит, лучших не было времен.
Дом человеческий пустеет быстро,
Родные души забывают путь,
И остается только собирать -
Неважно что - хоть детские игрушки,
Подарки к дню рожденья, чьи-то снимки
И прочий милый, жалостливый хлам.
Легко, пока был счастлив, расставался
Со всем ненужным ("место занимает") -
И дом большой стремительно пустел.
И зря: на всякий случай лучше быть
К приходу вечной осени готовым
И не бросать ненужных мелочей -
Потом еще наплачешься над ними,
Вернее, не над ними, а над тем,
Что каждая когда-то означала
И что давным-давно лишилось смысла.
Тем более что ни одна из них
Состариться, наверно, не успеет -
Ведь вещи долговечнее людей.
12-Е (БЕЗ КОММЕНТАРИЕВ)
- никогда не говори -
- ты мне дороже всех -
- чтоб поспешные слова -
- не навлекли беды -
...все равно накликал беду,
так и не объяснившись в любви.
Этот светлый, любимый лик
уж настолько привычным стал,
что бояться его потерять
каждый миг
ты почти отвык.
Скажешь: "Завтра!" - а думаешь сам:
я так счастлив, что нету слов,
на сегодня хватит; едва
добежишь до своих дверей,
удержавшись на земле
непослушными ногами,
над тобою облака -
высоко и не достать...
Ну, до завтра. Жизнь прекрасна! -
...только это не все. Постой,
ты же главного не сказал:
"Ты мне дороже всех".
Так и приходит беда.
Вечно в воздухе провисят
Недосказанные слова,
Что отложены на потом.
В небесах ее ладью
Будет трудней догнать.
Этот светлый, светлый лик
Больше не разглядишь.
Это только кажется тебе,
Что в небесной лодке вы вдвоем.
Это только видится с земли.
Это над тобою облака -
Слишком высоко и не достать.
"Свидимся завтра.
Жизнь прекрасна".
13-Е (ДЛИННОЕ)
Века неописуемого счастья,
Столетия смертельного блаженства.
Еще любовный спор не завершен,
Хоть тех двоих никто уже не помнит,
Какие они были - те, живые,
А не портреты, не тома стихов
И не академические ссылки.
Влюбленные друг к другу холодны
И от любви расчетливо жестоки.
Ужаснее, больнее уколоть,
Чудовищно, осознанно обидеть
И после - только врозь - полдня страдать.
Давно затих навязчивый звонок,
И школьница, от книги оторвавшись,
Вся бледная, растерянно спросила:
"А может, яд есть на его губах?.." -
И, на глазах зареванной родни
Портрет в последний раз поцеловав,
С улыбкой жалкой канула в бессмертье.
Могилы зарастали земляникой,
И сонный строй кладбищенских цветов
Дурманом невозвратным укрывал
Влюбленных девятнадцатого века.
Они ушли поврозь - и одиноко
С тех пор на разных кладбищах лежат.
А их любовный спор, не разрешившись,
Все длится - но сменились имена,
И призрак эфемерного поэта,
Чья Муза не пережила любви
И в чистоте стремительно угасла,
Воскрес - но ненадолго - в очень юном
И беззащитном мальчике гусарском
(Подробности - смотри первоисточник),
А Муза превратилась - на беду -
В прелестную и глупую курсистку.
Она была невинна и чиста,
А безнадежно юный офицерик
(Он тоже - смех сказать! - писал стихи),
Уже приговорен остаться юным,
В гостиной примерялся к пистолету.
И с той поры они всегда вдвоем,
А истина - игрушка психопата.
В раю настало перенаселенье:
Там праведники о грехах мечтают,
Кусая локти, проклиная святость, -
Их много там, и все до одного
Жалеют о несбывшихся грехах,
Где ждал их свет.
Смертельное сиянье
Недолго освещало две души:
От прегрешений пагубных отверглись
И от возмездья вовремя спаслись.
И для чего?.. Чтоб, в рай едва попав,
Уже на месте с ужасом узнать,
Что счастье по-дурацки прозевали,
Превратно, вкривь и вкось истолковав
Глухие речи о небесной каре.
Их наказали (что ж, и поделом)
За слепоту, за глупое смиренье,
За праведность, за то, что убежали
От дивного, чарующего сна,
Где Божьей воли распознать не смели,
Хотя им в руки дали по свече.
Святой огонь - кто знает - не трудней
Добыть, чем хилый огонек от спички,
Но в сотни раз труднее уберечь.
И с той поры, как, насмерть разругавшись,
Друг друга от души пооскорбляв,
Два грешника-поэта разбежались,
Затихла избалованная Муза
И вскорости скончалась от безделья,
А томики стихов - как бы в насмешку -
На книжных полках рядышком стоят.
Но как им помириться после смерти,
Как примириться мальчику-гусару
С прелестной куклой, как забыть обиды
Романтику, предавшему земное,
И в Солнце облеченной Незнакомке?
И чем их хуже юный хулиган
С его богиней - девкой-наркоманкой?
Пока не завершен любовный спор,
Затеянный Ромео и Джульеттой,
Что падшими поэтами подхвачен,
И этим двум откроется сиянье
В любой момент, как только захотят.
Лишь одного пускай остерегутся:
Хоть искренних, но беспредельно лживых
Предупреждений о небесной каре.
Ведь в их любви греховной нет греха.
ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
Это правда,
что я дал себя обмануть.
Все мы по молодости лет
не свободны от заблуждений.
Больше это не повторится.
Я знаю,
что мир,
запечатленный на картинах,
сыгранный музыкантами,
описанный в стихах и легендах,
и есть настоящий.
Я хочу увидеть его живьем.
Апрель - май 2000 AD
