Когда молчат часы,
когда немеют пальцы,
и ветер с тишиной
заслушаны - до дыр
от дождиков косых,
и ты скучаешь, пялясь
в ослепшее окно,
на капельки воды,
и некого послать
за водкой или пивом,
и некуда лететь,
и некому сказать –
мол, грусть моя светла,
и
развалясь лениво
на старенькой тахте,
смотреть – глаза в глаза,
и богом быть легко
(а? что там у Стругацких?
не верь, мой друг, не верь!),
но трудно – перестать,
и мысли – ни о ком,
и не с кем поругаться,
и в сонной голове
(зеваешь?)
пустота,
и тускло на душе
от свежих диссонансов,
и
(ты еще не спишь? Ну надо же…)
стихи
не радуют уже,
и в сотнях интонаций
ты слышишь звуки
(чшшш…)
мычания глухих -
мол, что с них, со стихов, возьмёшь? -
а в старых гимнах
и рифмы не звенят,
и смысла не понять, -
найди мой телефон –
и всё же позвони мне.
Ты знаешь,
у меня такая же х...ня.
