(сокращенный Португалкой вариант)
... а потом начинаются какие-то тропические карибские чудеса.
Кто воздвиг вокруг мангового дерева эти шаткие строительные леса?
По ним, над землей метрах в пяти, погруженная в пока непонятные мне труды,
Ты разгуливаешь, босая, то ли считая, то ли лаская желтобокие спелые плоды.
Зачем в моих словах так много этого сладкого, как манговая пульпа, звука «эль»?
Почему мне мерещится в твоем имени струенье кАпель,
или нет, просто капЕль?
Я не отрываясь гляжу на тебя снизу вверх. А ты молча глядишь на меня сверху вниз.
И подолом твоего холщового платья, надувая щеки,
лениво играет послеполуденный карибский бриз.
Твоя нежная кожа, наверное, влажна, но в гортани моей сушь, оттого что я вижу тебя нагой –
Да, я смотрю именно туда, где твоя левая нога
сходится с твоей правой ногой.
Змеем поднимается страсть, нашептывая шипящими
про волос щекочущий шёлк.
И шерсть вздымается у меня на загривке,
словно не оборотень я, а обычный волк.
И,наливаясь любовной злобой, я гляжу, гляжу, гляжу на тебя,
как перед боем, всё учащенней дыша.
Твое сладкое как манго тело по параболе нисходит ко мне.
И по стремительной прямой возносится к тебе моя задыхающаяся от любви душа.
И под тенистым куполом манго я падаю рядом с тобой в траву и нежно беру в кулак твой подол.
А ты раздвигаешь свои колена и тихо велишь,
чтобы я вбил в твое влажное лоно беспощадный кол.
Пощады не будет, Португалка, no mercy...
О, эта хлюпающая пульпа любви!
Летят над травою сладкие капли, слетаются пчелы
и разбегаются испуганные муравьи.
А потом – слепящая вспышка, и нас словно ядерным взрывом разносит в пыль элементарных частиц.
И лишь веков через пять я опять конденсируюсь в гордеца,
на траве одиноко распростертого ниц.
И только в ушах твой голос: «Я буду всегда с тобой!».
И электронный будильник насмешливо изображает
морской прибой.
