Январь лубочною иконою
Сиял над зимними дворами,
Размалевал стекло оконное,
Как богомаз - алтарь во храме.
Дремала мирно сказка белая -
Мол, сами спим - и вам желаем...
Но вдруг, как псина ошалелая,
Влетел февраль - с весёлым лаем,
С лавиной снега, шквалом ветра -
Катись-ка кубарем, прохожий! -
И с непосредственностью сеттера,
Который навалил в прихожей.
А мне казалась жизнь - малиною,
Негаженным листом блокнота...
Февраль, ну что ж ты, рожа псиная,
Зачем же ты меня в говно-то?!
Гляди, чего накуролесила
Пурга на святочной картине:
Тебя бы, брат, за это месиво
Арапником - да по хребтине!
Февраль - животное не гордое:
Скулит и просит о пардоне,
Своей холодной, глупой мордою
Мне робко тычется в ладони,
Ничем февраль не отличается
От прочей бессловесной псины;
Всё в этом мире приручается...
И это - непереносимо.
