"Вот он скверный мазок засыхающей кисти
По холсту, как по коже, до дрожи, до слез,
До паденья в ничто, где осенние листья
Продолжают лететь несмотря на мороз..."
Иегошуа
В запутанные улочки Тбилиси
Гортанные базарные смешки
Привычным фоном ласковым вплелись и
Излечат от назойливой тоски...
Заложен дом, отцовская лавчонка –
Всё пущено на россыпи цветов.
Карочохели из-за глаз девчонки
Вдруг превратился в вечного Кинто…
Закончен праздник – будни стали серы
И голодны и холодны порой.
Ему недоставало сил и веры,
Но, будто крылья за худой спиной
Ему служили вылезшие кисти,
Полуистертые мелки и карандаш…
И много раз покрыло снегом листья,
И загородных гор густой мираж.
Пусть пэри с невесёлыми глазами
Уехала на вечные века,
Еще продаст художник на базаре
Законченную линию мазка…
И облаков наполненные чаши
Готовы расплескаться дождь- вином…
Спускается в седой Тифлис вчерашний
Туманный и крутой Мтацминды склон.
А нищета вписалась в одиночку,
Как искренняя верная жена.
Картины, как души больной кусочки,
Распродаются плохо. Пей до дна!
Склоняются и сильные чинары
Под гнётом нескончаемых ветров…
А вывески Армянского базара
Горят палитрой тех её цветов...
