Полог ночи на шпалы ложится подобьем плаща,
перешитого наспех из света изнанкой наружу,
от перрона состав отрывая. Столица, прощай!
Пусть Господь сохранит и спасет твою грешную душу!
Ты уже не впадаешь в экстаз от монарших рулад,
и брусчатка на Красной сегодня не кажется красной,
но, столица, прощай! С кем угодно побьюсь об заклад,
что ты кажешься столь же чудовищной, сколько прекрасной.
Я к тебе, как и прежде симпатий своих не таю,
а величию рад, и по этой причине, наверно,
не вливаюсь пока в нездоровую душу твою,
чтоб ее не ослабить еще и своею каверной.
