Не вижу, чем дышу.
И, растворяясь в темнотворе, мокнут
углы и тени, волосы, глаза.
И лишь стаканы светятся, как окны.
И лишь стаканы призваны связать
и то, что кажется, и то,
что в самом деле.
Кажется, что до
тебя -
что до Тибета -
пустыня воздуха и света.
А у меня здесь - мрак и темнотвор.
В нем взгляд твой тяжелей ноги ступает,
тает,
и легким шепотом садится на плечо,
и против воли горячо
целует в ухо -
благо, что незрим.
Я чую в растворенной кухне
мир -
и тот, что кажется, и тот,
что в самом деле
кажется. И это - неспроста.
Щелчок, и - вот
свет разъяренный делит
глаза и голос, тени и Тибет,
тебя
со мной,
мгновение спустя -
и самого -
по самой полной мере.
Пусты стаканы, да и я - пустяк.
