Татьяне Бориневич (Эклоге)
***************************
Как и все, я не знаю своей окончательной доли
И, прижатый к нулю, и от мира так резко уйдя,
Я живу на стихах, как сердечники на валидоле,
Моих давних кумиров миры наобум бороздя.
Так от хилого света чужбины поблекли страницы!
Так подернулись тиной и память, и свежесть, и вкус...
Но любовью на круги своя эти книги, и строки, и лица,
И лета молодые в опальном сияньи искусств
Возвращаются! Милая! Словно подземные реки
Животворного солнца с дождем ощутили призыв,
В наши русла, стремглав, потянулось все то, что навеки
Чистым золотом заживо жизнь погребала в архив.
И своя от любви закипела словесная брага,
И свои из нее родились и пробились ключи,
И священнейшим трепетом снова прониклась бумага,
И душа превратилась в живое подобье свечи.
