Я постирал свои носки,
Мне кажется, что я сороконожка,
Протру я спиртом шею и виски
И в уголке присяду на дорожку.
Я с тёмной улицы,
Закрыв входную дверь
Давно не ароматного подъезда,
В хоромы светлые, трамвайные, теперь,
Усядусь, буду ждать отъезда.
Трамваем правит женщина-герой
Войны, труда и многодетной быты,
Кондуктор-старец терпит геморрой
И стёкла крепким инеем разбиты.
А рядом едут грустные тела,
Дела, заботы, хлопоты, сомненья
И в головах у них крутятся вертела
Мужского-женского и детского хотенья.
Когда последний встанет и уйдёт
Зажав билет ладонью в венах,
Ко мне кондуктор подойдёт
И спросит: «Надолго ль в эти стены?»
Ему я не скажу, что навсегда,
Зачем пугать седое непосредство,
На землю прочную я слезу лишь тогда,
Когда трамвайчик мой заедет снова в детство.
