Озверевшие колобки катятся по лесам,
Продавая каждому встречному по пятьдесят раз свою душу.
Только не встретятся на пути ни волк, ни лиса,
Ни ещё кто-нибудь, возжелавший откушать.
Мир разрушить?
Это предельно просто!
Никакого криминала, ГУЛАГа, Холокоста,
Главное, чтоб руки вставлены были тем концом,
Ведь на что нам мир, забитый доверху колобками?
Выйти.
Улыбнуться.
Держаться молодцом.
И, нажимая кнопку, крикнуть:
- Улыбнитесь! Вас снимала скрытая камера!
Умирать
колобки не любят
ни от голода, ни от жажды, ни от тоски.
Но ведь иногда припирает?
Ведь бывает такое: катишься вот будто бы по сукну, и ждёшь, когда долбанёт кий?
И ведь тогда как не хватает
какое там двух?
хотя бы
одной
руки!
Диалектика, блин, заколдованный круг.
То да сё, трали-вали, добро и зло:
Нам чрезвычайно повезло, что у колобков нету рук.
Колобкам чрезвычайно не повезло.
