Альтист
Нить у Тесея не тоньше твоей.
Нас еще манят миндальные лица.
Греки богам уставали молиться --
Литься вино начинало быстрей.
Струны из конского волоса, режьте
Тонкую шею. Мне душно во сне.
Некто, положим, рожден в Будапеште
Истину ищет все там же -- в вине.
Кто-то, спокойно живущий в Харбине,
Ждет откровений от рюмки вина.
Вязкая, горькая veritas vini
В пьянстве безумна, в безумстве пьяна.
Греки богам уставали молиться,
Биться и храмы в бессилии жечь.
Горечь стекает с пера на страницы,
Горечь вина разжижает нам желчь.
Людям наскучили жаркие битвы,
Людям наскучили двери в стене.
Книги сжигают, и после молитвы
Горькую истину топят в вине.
Голову вскинешь в движении гордом,
Движешь, безумец, смычком все быстрей.
И с удивлением чувствуешь горлом:
Нить у Тесея не тоньше твоей.
