Стою я чистый и больной
на красной площади пречистой -
здесь каждый камень мне родной,
такой же как и я – больной,
и кремль с курантой заводной,
и мавзолей родной плечистый.
И я всем этим дорожу,
и перед всем благоговею,
и все что знаю, что умею -
все им немедля доложу,
от них смеюсь я и тужу,
для них визжу я и немею.
И станет грязно и легко,
на сердце сереньком брусчатом,
оно двенадцать, без пощады,
гранитным стукнет кулаком,
взовьются голуби кругом,
и разольются в теле яды.
