* * *
Несть ни зрелища, ни хлеба.
Гормональный взрыв грозы.
Как стекло разбито небо,
ливень водят под уздцы.
Адидас. Аддис-Абеба.
Телевизор. Лао-Цзы.
Аладдин в настольной лампе
и Бен Ладен под конём,
и малыш, одетый в памперс –
всё во мне и я во всём.
Горным воздухом и бредом,
телом смертницы младой –
пахнет ночь чеченским следом,
спермой, потом и водой.
И какой-то смуглый инок,
Русской армии герой
оттирает кровь с ботинок
туалетной мишурой.
