всплакнет дневниковой записью шаблонная меланхолия,
пустые странички вытрясут всю душу – подружки-сплетницы.
и каждая дата месяца на что-то еще надеется
в том доме, где одиночество, как пряный дурман магнолии.
замочек смолчит подробности, и, морем уснув Тирренским,
таким же далеким, трепетным, печаль обратится штилем.
и остров необитаемый зашкалит невыносимо
холодным покоем, стынущим в ноябрь сугубо женским.
