Ноябрьское небо уже не всевидящим оком,
Но старческим глазом в густой катаракте тумана,
Слезится, вскрывая тихонечко облачный кокон,
Где жадные ангелы прячут желанную манну.
Её напророчили рифму запретом пометив,
Служители муз словоблудия и виршеванья.
И майские вишни. И тополь июньский. И дети,
Штрихами молочного мела асфальт вышивая.
На поиски шариков красных рябины отважно
Шагнуть. И пропасть в лейкемийном безмолвном пространстве,
Лишь кто-нибудь примет внезапный позыв к абордажу
За старт церемонии лжесуфражистского танца.
Снег вырван молитвой из ангельских цепких ручонок.
Так сделаем вид, что они нам его подарили.
Слизну магендавид, арабскою вязью смягчённый.
Ещё не катарсис, но всё же уже не делирий.
