Привстав на пуанты, всю ночь танцевала метель,
крутила неистово, словно на бис, фуэте,
то белой невестой в испуганой бледной фате,
то бедной путаной, забывшей, что будет апрель.
Выл ветер в тоске одичалой, навеивал страх.
Пронзила оконные стекла трусливая дрожь.
Сверял камертон, на толику не знающий ложь,
хрустальную ноту зимы в заплутавших горах.
Слепил поутру чистоты первозданной покой.
Привычных тропинок отсутствие. Вдоха ожог.
И было так боязно первый наметить стежок –
в ответе за тех, кто шагнет, доверяя, за мной.
