Сгущались тучи над тайгой...

Дмитрий Чеманков
Сгущались тучи над тайгой,
На небе солнце заслоняя.
Глухой, нехоженой тропой
Брела с охоты волчья стая.

Как командир ведет свой полк,
Домой с победой, возвращаясь,
Так стаю вел матерый волк,
Глазами хищно озираясь.

Он был бесстрашен и умен,
Каким мог только волк родиться.
И так проворен и силен,
Что с ним никто не мог сравниться.

В укромном логове своем,
Волчат надежно охраняя,
Томилась, думая о нем,
Его волчица молодая...

Сгустились тучи над тайгой,
Седая мгла на лес спустилась.
В родной овраг – к себе домой
С охоты стая возвратилась.

Укрылись волки на ночлег,
Свой отдых, заслужив по праву,
А в это время человек
Готовил страшную облаву…

Лишь посветлел таежный край,
И птицы певчие проснулись,
Как вдалеке раздался лай,
И волки тут же встрепенулись.

Матерый ухом чуть повел,
По ветру чуткий нос поставил,
Суровым взглядом лес обвел,
И все, как есть, себе представил.

Не нужен был ему «Совет»,
Чтобы понять, как все серьезно.
Так, сам собой, пришел ответ:
Уйти всем вместе – слишком поздно.

И, приказав другим волкам,
Бежать к ручью, собрав всю стаю,
Сам устремился по кустам
Во весь опор навстречу лаю.

Свирепым псам наперерез
Он, словно молния, промчался.
И те за ним пустились в лес,
Поняв, что волк им повстречался.

И тут же в сторону от них -
Сквозь частый ельник, выше в гору,
Все дальше, дальше от своих
Он за собой повел всю свору.

Глаза застило пеленой,
Никак не вырваться из ада!
А лай все громче за спиной,
И где-то впереди засада!

Но мысли только об одном:
Успеть спасти родную стаю.
И хоть земля гори потом -
Уже на полпути он к раю...

И, осознав, что окружен,
Матерый круто развернулся,
На псов свой взгляд направил он,
И жутким рыком огрызнулся.

Опутал гончих дикий страх,
Застыла кровь в собачьих жилах,
Когда они в его глазах
Прочли все то, что были в силах.

Никто не двинулся к нему,
Поскольку нет страшнее взгляда
Того, кто загнан и кому
От жизни ничего не надо.

Их было много, он - один,
Но псы лишь тявкали без толка,
Пока не грохнул карабин,
И не свалил на землю волка…

Вставало солнце над тайгой,
Даря лучи лесному краю.
Вот так, пожертвовав собой,
Спас храбрый волк родную стаю.


Октябрь 2004 г.