Он ещё может, но уже перестал хотеть.
Серебро одолело его шевелюры медь.
И ребро, где недавно правил бал бес,
Заселил собой посторонний балбес.
Серебро его голоса звук обрело чугуна,
Стало унылым. Внутренняя война,
Проигранная им в схватке с самим собой,
Опустошила. А раньше он был Play boy.
Раньше хотел он, даже если уже не мог.
И ни чёрт ему был не указчик, ни даже Бог.
Медногривым львом очаровывал светских львиц
И каждый роман превращал в искромётный блиц.
Слова его серебро стало тусклей свинца.
Склеивать фразы пытался, но подвела ленца.
Молчания золота тоже не удалось достичь, -
И он замкнулся в себе, как старый усталый сыч.
И когда костлявая дама косой стальной
Замахнётся с целью обогатить перегной,
Сопротивления не окажет он,
Потому что будет в неё влюблён...
