День растаял и стёк по крышам
Ледяными потоками вниз.
В грязной улице я услышал:
«Эй, товарищ, посторонись!»
Отошёл, заглянул куда-то:
Пусто, сыро и страшная вонь,
Под прогнившею плетью каната
Едкой гарью дымит огонь.
Опрокинул стакан гранёный,
Тошно, скучно. Да как всегда.
Разум, странным безвольем пленённый,
Мне твердит, будто жизнь – ерунда.
И кругом только пьяные рожи
За столами, рассевшись, пьют,
В полный голос толкуют тоже,
Где здесь горькую крепче дают.
