Банки стояли продезинфицированные паром,
готовые наполнится вареньем из арбузных корок,
патиссонами и капустой и маленькими грибами,
и тесто для пирожков поднималось в огромной зелёной кастрюле,
А внуки, что изредка навещали,
Всегда были голодны с дороги
и так приятно было видеть
их здоровый аппетит к борщу и блинчикам с мясом,
соленьям, вареньям и пирожкам…
Они оставались ненадолго, успевая поучаствовать
В тревожном и полном надежд
Просмотре телевизионного розыгрыша лотереи
И также тревожном, но безнадёжном просмотре
Старых фотографий, запечатлевших удивительные лица прапредков
И их детей свежие без единой морщинки лица
И вскоре, нагруженные пакетами сытных гостинцев
спешили на центростремительный поезд.
А за окном церковь сектантов продолжала свою свистопляску
И почтальон нес конверт, обещающий миллион
«Только купите заряженный Лонго крем, тем более вам это нужно»
Что возможно лишь в этой глуши, непробудно уснувшей
Летаргическим сном
Пластмассовый ирис не увядал,
Ириска лежала на дне хрусталя последние тысячу лет,
И моль за версту обходила шкафы, защищенные цедрой,
В телепрограмме (на месте, куда не хватило обоев)
Жирно подчеркнут сеанс Кашпировского, утренней почты,
Обои же были с весьма безобразным узором,
Создавший его художник очевидно был шизофреником
Возможно, он и есть этот сосед сверху,
День и ночь кидающий на пол тяжелые предметы
И бесконечно сверлящий пронзительной дрелью,
Так что отдаёт во всём организме…
На тумбе желтела подборка газет о трусах Пугачевой,
Прогнозы оракула, рецепты народных лекарств…
Часы не работали без… батареи…холодные…поздняя осень…согреют
Свечи со старого нового года,
Картина над креслом - как будто живая – войди в эту чистую воду
Радио не отвечает
ветер недвижим как сломанный палец
и тусклые окна открыты как будто закрыты,
вода заржавела и в кране застряла,
морщины говеют заряженным кремом,
пыль тюля, светает, и снова темнеет,
светает, светает, и снова блондинка
в искрящемся платье зелёном
оставила добрый подарок -
Забитые окна и беленький тапок
И письма о счастье, что скоро наступит,
Я верю, я верю в счастливые числа -
Достаточно правильно перечеркнуть,
Прожив не для этой сверлящей напасти,
Настоя на травах, повысился сахар,
И снова блондинка в искрящемся платье
Оставила беленький тапок
