Было так интересно вначале,
так сурьезно, что мочи нет.
"Путь Познания!" – как звучало
это круто
в семнадцать лет!
"Путь Познания!" – песня будто!
(до полуночи не уснуть)
Там под каждым каштаном – Будда,
а за каждой строкою – суть.
Что ж, протопали с этой песней,
так сказать, и в жару, и в град...
...Оказалось – ещё интересней.
Оказалось –
серьёзней стократ.
Путь познания – Шлях Чумацкий,
караваны волов в пыли,
этот климат, степной и блядский,
эти ночи, черней земли!
Путь познания – Шлях Чумацкий.
Хитро щурят глаза друзья,
а вокруг – ни одной Блаватской;
даже Ганди найти нельзя.
Позабудешь свои тетради
(да и как не забыть их тут):
зазеваешься, в небо глядя, –
вмиг до ниточки
оберут.
И, встречая назад идущих,
утомлённых, чёрнющих как смоль,
узнаёшь – там не райские кущи,
там, в конце,
в лучшем случае,
соль.
До последнего им не веря,
слышишь рядом: "ну всё, пришли..."
Ищешь взглядом Ворота и Двери,
наполняя руками мешки.
...Ни дверей, ни ворот.
Цикады,
тёплый ветер,
и ночь лежит.
А у неба-то нет ограды,
а на небе не смерть, а жизнь.
Ночь поделит наш путь по-братски,
и застынет звездой в глазах.
Посмотри – это Шлях Чумацкий
отражается в небесах.
Отражается
многократно,
и опять, и опять ведёт.
Но не вспять, чёрт возьми, не обратно! –
только вверх.
И затем –
вперёд.
