Где северный апрель струился полнолуньем,
Как северный олень в бескрайних ягелях:
Весна топила мед - отвар слепой колдуньи,
Оранжевую медь в лазоревых яслях.
Студеное стекло стекало по камину.
Окаменелых лиц светилось полотно
И нежный холодок ознобом гладил спину,
Когда озябший клен стучал в мое окно.
Капель вела мотив пасхального этюда,
На образах весны стояла тишина.
Лепила мягкий плед эпического чуда
Алтарная купель бесхитростного сна.
А я ждала звонка, щека ласкала звуки
И шорохи любви тревожили покой.
Какой огромный мир протягивал мне руки
По белому листу прерывистой строкой.
