Было страшно лишь первые
полчаса.
И не знаю, любовь ли, нервы ли
этот страх.
А потом голос сорванный,
будто кол.
Под ребром холод взорванный -
ко-ло-кол…
Третьи сутки бессонница
до шести.
Воровато наклонится,
шелестит.
Соберет мои волосы
от лица.
А в серебряном конусе -
вкус свинца.
Как зверел и грозил мне истово:
- На беду!
Только это мне, мол, написано
на роду.
Не дойти мне. Дорога белая –
пропаду!
- Что ты, милый, я смелая…
Я дойду.
29/05/2006
