Путь закончен. Бой проигран.
На руках моих оковы.
Справедливые законы,
проживающие в книгах,
для разбойников суровы.
Суд недолгим был. Признали,
безусловно, виноватым
в том, что грабил я богатых,
в том, что сёла поджигал я,
в том, что власти строил козни…
Тихой тенью бродит возле
где-то смерть. Не будут плакать
обо мне. Не умер в драке –
вот что жаль. Узнать хотели,
где сообщники. Ну как же!
Если вор ты, значит скажешь.
Ведь друзей на самом деле
у разбойников не может
быть. Молчал. Хлестать по коже
толку нет. Друзей не выдам.
Бей сильнее! За обиду
отомстят. Уж мне поверьте!
Не боюсь проклятой смерти.
Заждались, наверно, черти,
и задерживать их стыдно.
Жизнь моя была недолгой,
Некрасивой, несвободной.
Но не жалуюсь на долю.
Пусть же кто-то вдаль уходит,
кто-то нам придёт на смену -
так решаются проблемы
с недостатком мест рабочих,
дефицитом вин и пищи.
Завтра я расставлю точки
все над и. Родился нищим
и уйду таким же. Нету
за душой гроша, и всё же
не жалею о монетах,
а жалею, что не сможет
кто-то вспомнить добрым словом.
Все, напротив, будут рады
посмотреть на смерть. Есть повод
веселиться. Я для стада
неразумных и жестоких,
умирая, буду весел.
Ну, повесите – и только!
Я же вас давно повесил
нежеланьем быть послушным,
философией разбойной.
Ваш покой давно нарушен,
в сети страха каждый пойман.
Вот и всё. Приходит утро -
смерть моя приходит в гости.
Остаются лишь минуты
этой жизни, вечность – после.
25.1.07.
