В феврале трудно жить на свете,
Краснодатное двадцать третье,
Наступая неумолимо
В третий фронт превращает зиму,
А вернее, –– само событье.
Дело в том, что процесс распитья
Расширяет зрачок и грани,
И глядишь, вот уже в стакане,
Коль не мир, так уж точно город.
Эх, задрать бы шинельки ворот
И рвануть на штыки сквозь слякоть,
А вот фиг... Остается плакать
О коне, что не бьет копытом,
О хлебале своем разбитом ––
Не кольчужка мала –– бумажка:
Ни коня не купить, ни шашку.
