К сумеркам выйти теперь на улицу:
За занавесками люди тюлятся,
лампы и лампочки тлеют, жмутся,
на столах чайные блюдца, но бьются
совсем не блюдца, а хуже.
Плачут, и плачут в лужи,
Другие увидят, подумают - дождь прошёл.
Быть слепым - хорошо.
-
Девушка - сумерка, баба – сумерка,
Топчутся, клянчатся у мирка
Новой утопии из тех утопий,
Которой свои печки ежедневно топят,
Чтобы совсем не заледенеть,
Чтобы крепко стоять на дне.
--
У меня ж на дрова – сумерки неба этого,
Вот такая льгота поэтова,
Что можно стихами свихнутся,
о стихи споткнутся,
а потом - всё к чёрту! - и стихами подняться,
и пусть минуты идут и днятся,
и даже неделятся,
рифмы со мной не делятся
и не денутся.
- - -
Будут ходить рядом,
Единственным не-маскарадом,
Сумеркам вопреки,
В сумме сумерки и стихи
Становятся так громко тихи,
Что все их слышат, затыкая уши –
Не затыкая души.
И слава Богу,
И отлепятся сумерки понемногу
От лиц, потому что с ними не в силах слиться,
Помолодеют и поживеют лица.
На стихи улица злится,
И очевидица – очевидцу,
Улица – небу, сплетню кидает
Прямо в сумерек стаю –
Сплетню – стае последней,
Что расслышали стих сумерки.
Расслышали.
Умерли.
