Старая пристань глотает шаги.
В трещинах зноя съежился свет.
Мятое солнце обрывком фольги
Вяло трепещет на трупах газет.
Ржавая цепь, корабельный оскал.
В белом песке – ожиданье воды.
Веришь – не веришь, ты это искал:
Слушай покой обретенной беды.
Медленный воздух прилип к берегам.
Плавятся битые стекла в пыли.
Тени кривятся, сползая к ногам,
В солью изъеденный панцирь земли.
Шорох ракушек в ладонях сухих.
Волны молчат, и остры, словно жесть
банок консервных. Зазубренный штрих
Прошлого снова рождается здесь.
