Отрадна грибная затея
в начале осенней поры.
Землица дарами потеет -
народ осаждает боры.
Участка, что был не исхожен,
нет в этих обширных лесах.
Вот что-то на гриб не похоже..
На черепе сохнет роса!
Откуда, откуда здесь это?
О, Бог мой! Да он не один!
Смешавшейся грудой скелеты
лежат с тех суровых годин,
когда безоружной на танки
бросалась морпехов братва,
и эти святые останки
скрывает кустарник едва.
Сровнялся с болотиной бруствер,
и корни в глазницы вросли.
Вот "памятник" доблести русской
торчит позвонком из земли.
Здесь хвоя нападала с ёлок
на светло-зелёные мхи,
скрывая под слоем иголок
великие чьи-то грехи.
Берцовые, рёбра, ключицы
лежат средь подсумков пустых...
Забвение по каплям сочится
как кровь сквозь тугие бинты.
Их много. Считать нету смысла:
хоть - рота, а хоть - батальон..
Ведь души не мёртвые числа,
поросшие чёрным быльём.
И кто их теперь захоронит?
Кто будет искать их родных?
Сие никого не затронет.
Они никому не нужны.
В богатой лесами округе
природы дары нередки;
под Малуксой, Тосно и Лугой
по Памяти прут грибники.
И топчут они сапогами
священные мощи бойцов;
хрустят черепа под ногами,
вонзая осколки в лицо...
