Сладка поутру песня милой.
Ситцевый располох.
А намедни я по горам катила
Черный дрянной горох.
Катила, плакалась и собиралась пасть.
Но нежданно волчий приют нашла –
свою же масть.
Ну и что – собачья привычка –
цепь.
А ты посмотри, посмотри на личико
в сером венце
шерсти настороже.
Отверстие в парандже
для того и дадено –
скрыть резцы.
Имя тебе ведь найдено –
рассы-
панное дождем в камнях.
Кланное зерном в полях.
До полого губами обточено,
слюной угла
краешки его смочены,
и пыль от ковра легла.
Выхожу на повторное утро,
глядя в восток-зрачки.
А оно и сегодня луковое,
на солнечной сковороде скворчит.
Слезы негорькие –
роса ли нам?
Линяем на зиму, шерсти клоки
цепляются по кустам…
Вечер закатом мексиканится,
средняя полоса.
Все у нас устаканится,
моя краса.
Как я люблю -
вкось и вкривь! -
словно кувшин леплю
для любви…
Мохнатым носом,
щеками – смыт
страх загривочный под откосом,
сосцами сыт
рот.
А если повыть захочется,
то за окно
я повешу луну, пусть кособочится…
Небо же волчьей нежностью –
дымкой заволокло…
к.с-н.о-с.г
