1
Над моей колокольней не видно креста,
Над моей головою лишь синь-бирюза,
Но не думайте вы, что не верю в Христа,
Лицемерия тьма больно режет глаза.
А пройду мимо храма и в себе помолюсь,
Ключевою водою окачусь, причащусь.
Крест лобзать не по мне и лбом об пол стучать;
Бог всё знает о мне, ну зачем же «кричать».
2
А может, плохо я читал завет,
И в скором времени качнётся моя синь?
Лишь жизнь моя мне даст на то ответ.
Быть может, кровом станет монастырь.
Конечно, грешен я и камня не боюсь,
Но не убил и не терзал собрата,
И к милосердию давно уже стремлюсь,
Не слепит глаз величина карата.
Высокомерие – не плен, то напускное,
Понятно будет после пары фраз.
И скупость мне чужда и власть на троне,
Последнее я отдавал не раз.
Во гневе ж был я и бываю,
Но отхожу за малый кроткий срок,
Прощения просить лишь забываю,
Но кровожаден не был и жесток.
Завидую по-белому и чисто,
И от души добавлю: «Что ж, дай Бог».
Чужих невест не соблазнял речисто,
Хотя во пьянстве некогда и мог.
Чревоугодие, да если на халяву
И лом проскочит, что уж там икра.
Что есть, то есть; копаю себе яму,
Бутылка, словно пушка у виска.
Душою не ленюсь, вот телом часто.
Душа страдает, когда в теле лень,
И я гоню её, гоню, и не напрасно -
Милей и краше в деле хмурый день.
А может, плохо я читал завет,
И в скором времени качнётся моя синь?
Иль стану я другим за далью лет?
Даст Бог. Скажу ещё: «Аминь».
20.08.2007 г.
