Напялив Алехину пайту
(без спросу, но мерзнуть нелепо),
Смотрю, как сменяются слайды
На диапроекторе неба.
Едва успеваю поверить
Летящему, рваному, злому,
Невольно на душу примерив
Разрывы его и разломы,
Как синяя-синяя нежность
Сменяет суровую вольность.
От нежности этой кромешной
Больнее глазам. Так больно,
Как будто еще сумею.
Как будто еще возможно.
А в небе воздушным змеем
Парит моя неотложка.
Пора бы домой, Алешка.
