Изнанка Tьмы

 Оборотень Артюшин был нищим. Днём, выставив безобразную заячью губу, он сидел около гипермаркета. Посетители охотно кидали монетки. Охрана его не трогала, принимая за своего. Ближе к ночи Артюшин оставлял своё место и прятался за привокзальный буфет в крапиву. Там он спокойно преображался соответственно своей природе и ложился спать. Никто не беспокоил его по ночам, кроме жены. Жена, таинственная плясунья, сильфом порхала вокруг спящего, словно завязывая в тёплом ночном воздухе бесконечные узелки на память. Сердце нежити билось в такт этому танцу. "Всякому бутону - свой аромат" - ворчал тогда сверчок Черепков и сразу глушил свой органчик. Это должно было служить Артюшину и его жене немым упрёком в вызывающем поведении.