Мне через ночи тлен, что-то играл кларнет,
Среди бетонных стен, в вихрях безумных лет.
Прошлого мне не жаль, как седины виска,
В сердце живёт печаль, в нём по тебе тоска.
Но, через эту боль, будто волны прилив…
Пусть западает соль, только звучит мотив,
Ветер поднимет пыль, между прогорклых урн…
Небыль он или быль?- этот седой ноктюрн...
( ……………….)
Я сидела на балконе, закутавшись в пуховое одеяло и смотрела на улицу, где бушевал
вырвавшийся на волю первый снегопад. Он был каким -то уж очень сердитым, обильным и затяжным. Казалось, что Зиме не особо хотелось браться за работу, но уж очень велико было желание бросить Осени фразу: пора и честь знать…
Шалый ветер стонал, выл, крутил, вертел, заполняя собой любую щель, радуясь свободе и простору. Снег путался между веток и не опавших листьев, застревал в них, налипая тяжелым пластом и пригибал, пригибал своей тяжестью к земле, стараясь поставить на колени перед холодом все, что попадало к нему в объятия. Деревья в снежных тулупах напоминали былинных богатырей, поднявшихся в противовес буре.
Полная луна, как большой небесный светильник, изредка показывалась из- за туч, но увидев такую «карусель», снова уходила в небо. Иногда с удивлением подглядывала за мной, недоумевая, почему, в такое время я не сплю, но и не прошусь к ней в колесницу.
А в душе у меня было такое же полнолуние, как и в природе, та же метель и тот же колючий ветер, который снова нарушил мое равновесие и сдержанность. Все это никак не сочеталось со взвешенностью событий и с постоянной, жгущей болью в душе.
Ночь, держала меня в себе, наполняя все вокруг сложными ритмами печали и поразительными диссонансами мыслей.
Время от времени ветер забрасывал ко мне в окно очередную порцию снега, стараясь охладить меня, успокоить, а тот, просто таял на лице и тихонько стекал вниз слезами грусти и отчаяния . Я не плачу, - успокаивала я луну и себя, это талая вода, вытесняемая льдом, из моих очей. Льдом, который постепенно заполняет меня изнутри.
Казалось, что мой замороженный организм, перестает реагировать на боль, которая постепенно все разрушает его и разрушает до тех пор, пока не наступит пустота. Во всем...
Только мысли мои плодились как клоны, ни на минуту не отпуская от себя. Только память не хочет спать. Только моя Любовь, вросшая в меня корнями, вошедшая в мою кровь и плоть, достигшая сердцевины клетки, растет и растет во мне грозясь разнести в щепки.
Я вглядывалась в горизонт, туда, за плотную завесу снега, где казалось, скрыто мое прошлое и будущее, мое отчаяние и моя надежда, откуда ко мне должны прийти понимание и озарение. Но только аккорды холода и безбрежной тоски окутывали, пеленали полотном ироничности судьбы, а сердце вторило им немым стоном.
Какая же непостижимо длинная и трудная эта дорога - дорога от головы к сердцу.
То, что понимал мой разум, совсем не хотело принимать сердце.
Оно страдало и любило, оно надеялось, оно стремилось и летело, оно полыхало костром и светило надеждой. Оно хотело, оно желало, оно ждало…
Оно поднимало меня среди ночи лавиной чувств, заставляя метаться, биться в судоргах неизвестности и отчаяния, выгибало болью желания и томления, ломало жестокой дикостью действительности, заливало слезами беспомощности, сложности и запутанности ситуации.
Я искала выход и не находила его. И уже неслась моя душа сквозь мрак и туманы на торжественный языческий ритуал, за которым с победоносной улыбкой будет наблюдать Судьба, оценивая ее движения и мастерство в предсмертном танце.
Кто же ты в моей жизни?
За что поселил в душе трагическую безысходность и сдерживаемую печаль, растревожил трагедию одиночества и обреченности, разбудив мятежный, бунтарский дух женщины и отправил в автономное плавание по морю мечты, любви и надежды?
И несется стремительно мой кораблик через потоки памяти, минуя пороги душевного разлада и водопады гнетущих мыслей, насторожено обходя мели сомнений и виртуозно стараясь уклоняться от буйных вихревых потоков разочарований.
Курс его неизменен – к рассвету, к Тебе!
И только григорианскими хоралами поют, шумят над ним небеса, то ли с торжественным одобрением, то ли с грозным осуждением…
Им, наверное, трудно понять чувства, выпущенные на свободу. Когда любовь поднимается на обрывках судьбы и несется ввысь, как элегантный и утонченный вальс. Как танец в стиле „болеро” - где медленное нарастание силы, богатства и оттенков чувств доводят до упомрачения, до чрезвычайно тонкого восприятия мира. Когда аккумулируемая при этом энергия может сублимироваться во что угодно: от трагического разочарования до безграничной веры.
И снова память взрывается твоим образом, твоим голосом и твоими словами, твоей силой и твоей надежностью, твоей целеустремленностью и твоим великодушием, твоим упрямством и несокрушимой верой, нежностью и необъятной добротой
И начинает светлеть и меняться зыбь горизонта. Пыльной, снежной галлюцинацией плавиться моя гнетущая тревога и летящей походкой выходит на поверхность мысли моя душа: нежная и сильная, требовательная и добрая, ранимая, решительная, страдающая и любящая.
И я снова в состоянии слышать ее голос,-...беречь этот хрупкий росток, согревая своим дыханием и теплом,не оставлять, не забывать, не предавать. Отпуская - возвращаться, плакать - смеясь, забывая - помнить, не веря – ждать, никогда не отказываться и всегда любить!
Не допускать в себя сомнений, вносящих разлад и дисгармонию в ритм жизни, всегда помнить о тонкостях и сложностях человеческих взаимоотношений.
Ты сон в моей жизни. Непонятный, неразгаданный и непредсказуемый. Как лагуна в море, где плескаясь на прозрачном мелководье, всегда помнишь о присутствующей глубине.
Иногда мне кажется, что все происходит не со мной. Но падают слезой в душу эти тяжкие уроки и я стараюсь постигать их, потому что ничего в этой жизни не бывает случайным...
Один добрый человек прислал мне притчу. Теперь я понимаю, что это был не просто подарок – это подсказка к моей жизни. Смысл ее заключался вот в чем:
Человек шептал: "Господь, поговори со мной!"
И луговые травы пели
Но человек не слышал!
Человек вскричал тогда: "Господь, поговори со мной!"
И гром с молнией прокатились по небу.
Но человек не слушал!
Человек оглянулся кругом и сказал: "Господь, позволь мне увидеть тебя!"
И звезды ярко сияли...
Но человек не видел.
Человек вскричал снова: "Бог, покажи мне видение!"
И новая жизнь была рождена весной.
Но человек этого не заметил!
Человек плакал в отчаянии: "Дотронься до меня, Господь, и дай мне знать, что ты здесь!"
И после этого Господь спустился и дотронулся до человека!
Но человек смахнул с плеча бабочку и ушел прочь...
И думаю я, что так же, как тот человек, иногда не слышу пения луговых трав, не чувствую грома и молнии, не вижу света звезд и не замечаю рождения нового. Но я надеюсь на просветление и озарение, которые однажды, я верю, придут ко мне. Потому что горит в моем сердце лампадка неугасимой , безбрежной любви к тебе.
И еще я, очень боюсь ненароком смахнуть бабочку.
Поэтому прошу тебя: пожалуйста, давай сохраним ее вместе.
…
