«Ты, не зная многого, счастливей
Тех, кто понял всю свою судьбу,
Кто под шум высокого прилива,
Проклинал ее за худобу.
Ты не знаешь ведовских законов,
И того, что скрыто в сути числ,
Ты не шлешь униженных поклонов
В равнодушно-чопорную высь.
Мне лицо усталое знакомо…
И спокойно тая в тишине,
Вспоминаю сладкую истому,
Что уже и в кровь проникла мне.
Только бесполезны заклинанья,
И бессильным стало колдовство:
Отреклась от своего призванья,
Не признав чужое божество.
Лишь одно осталось утешенье –
Вспоминать, что защищенный мной,
Ты все тот же – стойкий к искушенью,
И никто не властен над тобой».
