Как ясно слышно в каждом звуке:
Чужая боль и крик чужой.
Как верно нечужие руки
Ведут игру: легко, свежо.
И, кажется, не знают сами,
Чья это боль, чей это крик,
И чьими смотришь ты глазами,
Из чьей души огонь возник?
Все несомненно и бесспорно,
Но оглянись: к стеклу приник,
Разрушив плен души покорной,
Твой обезумевший двойник!
Как удивительно совпали
С твоим лицом его черты,
Но только он всегда печален,
А ты в объятиях мечты.
Надолго в зеркале застынет
Холодной тенью твой двойник.
Не удивляюсь я отныне,
Да ты и сам к нему привык!
