опять метро и жизнь длиной в перрон.
опять гирлянда лиц и слева - время.
холодный свет со всех сторон...
как при молитве... холодно коленям.
не полосы, а я под напряженьем,
не станцию, а сердце режет голос.
один со всеми, но один волненьем
подхвачен ветром летний колос.
безмысленные кафельные плиты
истерзаны рисунками в пыли.
чтобы не так, чтобы не быть забытым,
оставь следы, но только не моли.
косым лучом, тончайшим нервом
из тьмы и прямо по зрачкам
бьет свет, предательский, неверный.
бьет по людишкам-дурачкам.
они и рады: все-таки надежда!
их научили - надо ликовать!
а он летит, как леди, праведно-неспешно,
как зверь бежит и хочет нападать.
стальной кошмар, кричащий что есть силы,
рвет воздух в клочья от газет.
я онемел. и страх по тонким жилам
несет мне четных роз букет.
толкнули в спину... женственно-лукаво.
свет отразился в белых плитах.
и мне вы подарили право
оставить след, чтобы не быть забытым.
