Поманила.
Загубила.
За собою увлекла.
Словно детские качели,
вверх и вниз,
вот вся игра.
Эйфория, как стихия,
бурю красок привнесла
в жизнь простую,
суетную,
что подобна стала снам.
В жизни
каждая минута
фейерверком стала нам.
Все искрится,
и дымится,
разжигая в нас пожар.
Создавали мы картину:
тела два,
теперь едины.
Закружив в порыве страсти,
сердце рвется все на части.
Мы хотели.
Мы горели.
Все запреты мы сметали.
Мы не пили.
Мы не ели.
Быть мы вместе ожидали.
Все порывы,
все метели
за окном,
аж до капели,
нас тревожить уж не смели,
затаились на года.
А в порыве ночной страсти,
время рвется все на части,
застывает ночь и день,
и видна от них лишь тень.
И вздымаясь,
так брезгливо,
сумраку предстало диво,
изваянная картина:
тела два,
а дух единый.
