Всё вернётся на круги, и по воде
Будешь вилами писать свой мемуар
об оставленных в их собственной беде,
про игрушечный уютненький кошмар.
В ленинградском беловодии ночей
для тебя найдётся тёплый уголок,
и мотивчик незаезженный, ничей,
недочитанный и нелюбимый Блок.
Маяковский огнестрельный же ноктюрн
не по силам повторить и доиграть -
лишь окурками плеваться мимо урн.
И учиться убедительнее врать.
