Всё жарче мысли о насущном хлебе,
На подвиг – ни желания, ни сил;
Пока следил за журавлями в небе,
Моя синица сдохла. Не кормил.
Я не ценю нисколько, право слово,
Свою эпизодическую роль –
Пороховому дыму Ватерлоо
Вмиг предпочту диванную юдоль.
К чему сосать из взлётов и падений
Глубинный смысл назойливым клещом? –
Душа не жаждет новых впечатлений,
Довольствуясь хоккеем и борщом.
Устал искать ответы на вопросы,
Превозмогать извечное «нельзя» ..
Я – Буратино, я останусь с носом,
Поленом по течению скользя…
Мне лень палить гротескно из Авроры,
Чтоб над эпохой вознести балду,
Плевать, признаться, что не ходят горы,
Я тоже к ним вовек не подойду..
И если б в сей же миг передо мною
Вдруг вырос персональный Рубикон,
Я, поболтав в его воде ногою,
Изрёк скептично б: «холодно… и в лом»…
Оставлю славу фюрерам и принцам,
Себе – лишь только память и покой,
Пускай, я протираю жизнь, как джинсы,
Есть плюс – не воздаётся за «простой»…
Ещё не вечер. Но пролито масло,
И прозвучало аннушкино "ай" -
Я жду (вполне возможно, не напрасно)
На небо отбывающий трамвай…
«Не в небо – в небыль!» – крики возмущенья.
Заткнуть бы всем глупцам на свете рот!
Ведь рельсов тоже два - как направленья -
Трамвай проехал полуоборот…
16.02.2008
