Я вернулся в свой дом
с её вкусом во рту,
не желая носить
и ни капли чужого,
и волос дышал
в весеннем цвету
её хрупкости рук
и солёности слова.
Я вернулся в свой дом
и обнял кипарис,
отдавая всё то,
что она не достала,
прокуренный ус мой
на ветках повис
говоря о камнях
в чём весна прорастала.
Я вернулся в свой дом
отдаться скамье
чтобы видеть вовнутрь
карманы из лета,
но понял, что пуст,
и бесплоден стал ей,
и чернеть начала
моя малая флейта.
