Стены дробятся до мелкого крошева –
То ли мой бред, то ли ты меня вымолишь.
В тёплой трясине открытого прошлого
Не утону, захлебнувшийся… Сгину лишь.
Там, где сливаются в тёмные полосы
Сотни путей, преждевременно проклятых,
Вижу… блестят серебрённые волосы…
Тают псалмы за намокшими стёклами.
Вера беззвучно выносит решение:
Правила стёрты, границы нарушены…
Высшая мера. Но до воскрешения –
Только любовь. Столь земная и нужная.
