Как странник, выйдя из ограды
с котомкой ветхой на плечах,
к огням невидимого града
упорно направляет шаг,
как блудный сын семьи непутной,
на дальних трактах заплутав,
дорогой чувствует подспудно
медвяный дух родных дубрав,
так я, забыв про вечный кипиш,
смотрю сквозь дождь как бы во сне
на мокрый Льеж, а вижу – Китеж
в прозрачной водной пелене.
