Владимир Зуев
vlzuev@mail.ru
СЕВЕР-ЮГ
(цикл стихотворений)
***
нервные сегодня облака,
рваные, и крашенные в алый…
два стакана водки, два куска
хлеба на стаканах и овалы
памятников с фото и ФИО,
с датами не нужными, пустыми…
что-то будет «после», что-то «до»
было… и никто их не подымет,
и никто не скажет: «эй, бойцы,
стройтесь под небесные знамена,
и тащите жизни по уздцы
ваши дальше-дальше кроны клена,
выросшего между двух оград
ваших…» парни, я пойду, пока, до встречи…
здесь, у вас, почти что, «город-сад»…
врал поэт, сказавший, «время лечит…»
***
А она все ждала, ждала
Год, другой и всю жизнь еще…
Ей бы выучить устный счет…
Ей не в угол бы из угла
Протянуть своей жизни нить
Ей мотать бы ее в клубок,
Чтобы кто вернутся мог…
Может быть, очень может быть…
***
шоркну теркой по душе,
да душой по терке…
и с улыбкой до ушей,
(как Василий Теркин),
буду бить врага и жить,
всем смертям на горе…
нитка жизни, жизни нить,
нынче мы в дозоре,
до зари не рвись, пойми,
нас как есть, не много…
на ладошке у войны,
и, в горсти у Бога…
***
ты вверх, по дороге…
я вниз, под откос…
не стоит о Боге
сейчас и всерьез,
поверь мне и баста…
все проще, пойми,
мы путаем часто,
что МИР – это МЫ…
ты любишь другого,
других люблю я…
все проще простого,
сместились края
стыковочных люков,
и ни-че-го нет…
разлука… разлука
по выслуге лет…
***
не отвести глаза,
рук не отнять от рук,
здесь и сейчас нельзя,
спутаем север – юг…
спутаем страсть и страх,
спутаем минус – плюс…
в наших с тобой глазах,
тысячи лунных люстр
отражены пока…
видимо, что-то есть…
множество тчк
нас окружает здесь…
здесь и сейчас нельзя
руки отнять от рук,
и… отвести глаза,
и… спутать север-юг…
***
смеркается… пошло и просто
тоска дворняжкою вшивой
ластится, руки лижет…
и ближе, все ближе и ближе
ко мне, возлежащему Шивой,
небесный, таинственный остров…
***
мне бы на «Дом-2»,
я б показал им
корень всего зла,
и помахал сим
корнем,… а что мне
можно, поди, ну…
им же при всей стране
можно… на всю страну
можно и так и сяк,
можно туды-сюды…
финиш, пипец, косяк,
может им дать п…зды?
может им п…здюлей
выписать, а братва?
слышишь, братан, налей
реквием «Дому-2»…
***
не любили его и все…
он любил, он любил их всех,
он – детдомовец Карасев,
всех любил, ибо делать не х…
всех любил, ну чего терять
конопатому Кольке, ну?!
он любил их, как любят мать,
как отца, как свою страну…
он молился за целый свет:
«Боже, дай им, что мне не смог…
утром кофе, десерт в обед,
и на ужин всего и впрок…
дай им, Боже, пусть будет так,
как мне хочется… можно, да?!
для себя, чтоб прошел синяк…
чтоб не били бы никогда
попрошу у тебя, Отец,
для себя я чуть-чуть, прости…
ночью снился родной Елецк…
я иду… медяки в горсти
на мороженку или две…
я пока не решил, бегу…
…дальше елка и «Оливье»,
мама, папа… потом в снегу
двор под окнами… монолит
одиночества… ночь… детдом…
…прошлой ночью я был убит,
затушили меня втроем
наши парни… я спать мешал,
я молился, бубнил и вот…
жаль, что ростом остался мал,
жаль, не вырос за этот год…
я свое наверстаю, мам…
как там папка, не знаешь, нет?
ладно, мама, я по делам…
ты отцу передай привет…
***
небо, как помада на губах
привокзальной, вечно пьяной тетки…
и земля, как рваные колготки
той же тетки, то есть в пух и прах…
между небом этим и землей,
город, от жары изнемогая,
пиво пьет, оно не помогает,
толи еще будет ой-ей-ей…
в городе, который вечно меж,
я, любитель водки, слов и женщин,
жду ТЕБЯ, ведь я ТЕБЕ завещан,
дева с волосами цвета беж…
и жара…жара…жара…жара…
пекло без конца, стыда и края…
где ТЫ там, ТЫ там еще живая?
приходи, пора, пора, пора…
небо перекрасим в нужный цвет,
землю подлатаем, город этот…
успевай, не бесконечно лето
это, и земной остаток лет…
***
ягода солнца сегодня в черный
окрасится… кулисы ли шторы
закроет кто-то, кто всех мудрее…
и будут крики: «Спасите! Воры
украли солнце!»… молитв миноры
уткнутся в небо и… онемеют…
***
а мимо плыли облака…
а мы курили с другом Ромой,
молчали о своей знакомой,
о нашей общей, Оле К…
она вчера ушла в окно,
и никого не известила…
в окно, оно конечно мило,
красиво может для кино
психологического, бля…
а вот по жизни, как-то мёртво
и рвётся вена, нет, аорта
у близких… тело плюс земля
равно чему, да ни чему…
на кой решать примеры эти?!
в конце учебника ответы
даны и сердцу, и уму…
…глядит с портрета Оля К…
а мы живые с другом Ромой,
мы с болью, прежде не знакомой,
глядим, куда-то в облака…
***
точка, запятая…
запятая, точка…
в трех шагах от рая
мама, папа, дочка…
дочка, мама, папа,
все сегодня в сборе…
и рубец оставлен
взрывом, на заборе…
и война всё ближе,
и мороз по коже…
сделай чудо, Боже,
ты же можешь, можешь…
***
кукла
у куклы оторвана ножка
сегодня бомбежка
опять
вашу мать
девочка
шепчет, терпи моя дочка
и просится точка
в строке
на курке
дрожит
палец взрослого дяди
чего же ты ради
не сметь
не стрелять
там кукла и девочка
девочка-мать…
***
ты носишь шляпки и чулки
читаешь Тютчева и Фета…
ты больше чем мечта поэта,
ты панацея от тоски
моей вселенской, и вообще…
ты - ВООБЩЕ, и это, зная,
живешь сама себе ИНАЯ
меж мужа, дочки и борщей,
и любишь их,… а я влюблен
в тебя, такую вот иную…
я ни на что не претендую -
мы просто дышим в унисон…
***
куда вас, милая, несет
в какие веси, грезы, дали?
мы с вами ни-чего не дали
друг другу… и закрыли счет –
ничья… оставим все вот так –
я - здесь, вы - там, а между нами
попытки наших моногамий,
какая прелесть и пустяк…
***
зажег во всех комнатах свет, чтобы было не страшно…
ладонями уши заткнул - тишину стерегу …
глаза закрываю и вижу шар огненно-красный
завис над лугами за речкой, на том берегу…
на том берегу все иначе, не так как на этом…
я вижу каких-то людей без надежд и без лиц,
и страшно отправиться вплавь - нынче холодно летом,
и я не участник программы «Земля без границ»…
земля без границ – это здорово,… но не возможно,
границы сознания прочно стреножили нас...
и я понимаю, что страх мой, надежно-подкожный,
меня никогда ни за что, ни кому не отдаст…
глаза закрываю, напрасно, напрасно, напрасно…
до боли, до звона в ушах стерегу тишину…
и свет во всех комнатах – страшно, мне страшно, мне страшно -
я слышу, беспомощный плач на ДРУГОМ берегу…
***
каблуками по облакам,
глядите - ОНА идет…
мне нужен повод под-
глядеть, как ОНА там,
живет, не ведая обо мне…
глядите, идет ОНА
и свет контровой Луна
ей дарит, и как во сне
я счастлив и умилен…
по-детски кричу - я тут,
внизу… где же мой батут…
ах, если бы все не сон…
***
… и немеет рука, плечо,
и дышать тяжело… не в счет,
что мне будет лишь тридцать три,
что-то сжалось внутри… внутри,
глубоко-глубоко во мне…
я распластан на сетке дней,
я гляжу в небеса и жду,
что за мною вот-вот придут…
улыбнусь и скажу – привет,
я вас ждал тридцать с лишним лет…
что дышать тяжело – не в счет,
я живой – раззудись плечо…
***
и дождь, и август -
уходит лето…
а ты все где-то,
а я все маюсь
тоской… и сердцем
болею тоже…
и быть не может,
что иноверцы
мы станем вскоре,
давай сначала…
нас у причала
венчало море…
***
не люби меня, не надо,
все пройдет и это тоже…
я душевно обезвожен,
так что вот… какого ляда
затевать роман-газету,
повесть, love-миниатюру
и де-факто и де-юре -
лето было, лета нету…
осень - верная подруга
(и ревнивая до жути)
рядом дни, часы, минуты,
всюду, с севера до юга…
всюду – вне, во мне и между
нами, вами, иже с ними…
я запомню твое имя,
ты храни свою надежду…
***
небо низкое
надо
мной и тобой
усилить
армию света
это лето
уходит
оставляя нас
близкими…
***
сентябрь, вечнопервое число…
зло где-то рядом, зло
ищет жертву, рыщет…
дышит в затылок, лишний
раз выбирает чистых самых,
тех, кто шагает с мамой,
к знаньям с букетом первым…
надо стальные нервы
людям взамен убогих
вшить… притупить пороги
боли, утраты, горя…
сколько цветов здесь – море…
…первый – последний раз,
в первый – последний класс…
***
йодной сеткой на спине сентября
календарь наших редких встреч…
я пытаюсь себя сберечь
к октябрю, может быть не зря…
может быть, очень может быть
все не то и не так совсем,
и разлука – одна из схем
наших судеб, кого б спросить…
у кого бы узнать что как
будет с нами и с нами ли…
…и дворняга в ночи скулит,
я не верю, что это знак…
***
не прощаюсь пока… пока
многоточие, тчк…
тчк – многозначный бред,
что-то будет, а может, нет…
если нет, значит, нет суда,
все пройдет - города, года,
все проходит, так нужно тут…
не спеши, все равно придут
за тобой и за мной, дай срок…
резервистом в загробный полк
я пока не готов, пока…
тчк… тчк… тчк…
***
ты прости, если что не так…
я старался, ты ж видел всё,
как несло меня и несет
мимо ангельских нот в овраг…
там, в овраге свои псалмы,
за тоску, за тюрьму, за мать…
где родился - там умирать,
так положено тут, пойми…
да пойми ж ты, моя не врет –
жил, живу, и намерен впредь…
ты не против вторую треть
жизни выдать на подотчет,
не прое…, не боись, смогу…
были пьянки, бабье, всё так…
Боже, дай мне какой-то знак,
что ты понял, ты ж свой в дугу…
***
там, в Перми, что не «ля» то «ми»,
что не нота, то буква там…
там из букв строят целый мир,
и стесняются монограмм…
Пермь дает всей стране стихов,
как угля трудовой Донбасс…
жаль, что выехал Пермяков
полнить массу московских масс…
ты, Евстратов, держись, братан,
будет праздник и в нашей жэ…
не сливайся слезой в стакан
в повелительном падеже…
плечи шире, глаза в закат,
и на волю, на семь дорог,
ты держись там, ты можешь, брат…
и не бойся, не выдаст Бог.
***
вот бы мне покурить с тобой
по одной, невпопад молчать,
и поверить что ты живой,
да живой же, япона мать…
я то, глупый, поверил все ж,
что ушел через черный ход
ты тогда… на себя похож
был в гробу, подтвердит народ,
что толпился у ямы-рва,
распластавшейся два на метр…
и уже бесполезно звать
из суглинистых мерзлых недр…
пустота… пустота вокруг
и внутри одна пустота…
покурить бы с тобою, друг,
просто так, мой друг, просто так…
***
выхожу один я, надо, надо…
я пойду, прости меня, прости…
пусть моя предсмертная баллада
уместится в крошечной горсти
сына моего, пусть память будет,
я не знаю, что сказать еще…
может быть, потом доскажут люди:
«жил да был поэт и дурачок…
пил, писал, до женщин был охотлив,
мнил себя писакой из писак…
ну, стихи… а что там - слюни–сопли,
все пытался как-нибудь не так…»
пусть трындят, я знаю, все не ново…
сын, скажу одно, СТИХИ не врут…
есть слова (их много), слушай СЛОВО,
и прости, я мало сделал тут…
июль – сентябрь 2008 год
