Год кругл и пол. Год так един и ясен.
На взгляд твой откликается сезон –
вот этим клёном, ясенем… Напрасен,
к пустотам тяготея, белый сон?
Кто знает то. Нет счёта дням осенним.
И эта максима пылает в тишине
стеклянным льдом, плетут орнамент тени
на влажной остывающей земле.
Тут много думал кто – не понимает, –
кому, но с чуть прикушенной губой,
так хочется сказать (о, сердце знает!):
«ведь мы ещё увидимся с тобой…»
В сезоне человек меняется, мерцает,
в сезоне пропадает. Раскладной,
клён насеком…
нет, не сверчок, но богомол.
малиново горит его пергамент,
и, поверяя шелест тишине,
нам произносит он свою крамолу
божественную
в этом небе полом.
