Не ругай, брат Корнелий, привычные наши невзгоды!
Всё быльём поросло, критиканы сидят в кабаках.
Дети смутного века на хлеб променяли свободу.
Журавлю повезло – нам хватило синицы в руках.
Мудрый Кесарь во имя плебеям неведомой цели
царство духа на время прикрыл на амбарный замок.
Выпьем кьянти, привычной от тягостных дум панацеи,
и вакханке на ушко тирана ругнём под шумок.
Всё у нас поменялось – и цели, и цены, и цепи...
Не поверишь, но мы и не чувствуем этих цепей.
То придёшь в Колизей, то опустишься в темень вертепа.
Главный лозунг – молчи, заколачивай деньги да пей!
Что мятущийся дух и неясный туман идеалов?
До скончания века успеть бы вкусить бытия!
Нам сестерциев малость из римской казны б перепало,
да в судейских законах для нас не нашлась бы статья!
В царстве Кесаря главный закон - не попасть за решётку.
Дела нет мне, Корнелий, до всяких запретных свобод.
А засим не вопи за бугром, эмигрантская глотка!
Твой по матери брат, а по зову страны –
Патриот.
