Не обозначив крестиком души,
ее я потерял ненужной вещью.
Теперь она травинками трепещет
в нехоженой, неезженой глуши…
Эпохи – днями в сумрачном пути. В толпе я был, когда Христа распяли. Распявшие надежду потеряли и не смогли опять её найти. Я с ними брел – несчастен и жесток, ногами попирая чьи-то судьбы, мимо горящих книг, крестов и судей, в толпе таких же странно одинок.
И нет прощенья мне, и нет числа моим ошибкам на пути неблизком. Во мне - уставшем злобным василиском испуганная совесть проросла. И взглядом василиска опален, ослепший - не увидел я дороги, и был приговорен, сбивая ноги, блуждать до окончания времён.
Я вновь сгорал, распятый, на кострах, и рассыпался пеплом вам под ноги, поземкою стелился у дороги и, в волчьей стае, загонял ваш страх. И чьи-то души подбирал в пути, надеждой прорастая и стихами... Но на пути, усеянном крестами, своей души так и не смог найти…
Лишь вера - все, что было у меня...
